К столетию Эвы Перон

Седьмого мая исполняется сто лет со дня рождения Эвы Дуарте де Перон, супруги аргентинского лидера Хуана Доминго Перона, выдающейся социальной деятельницы и леди-политика.

Мне бы не хотелось в очередной раз пересказывать биографию Эвиты, говорить о её вкладе в развитие аргентинского общества, эмансипацию женщин, рабочих и коренных жителей, наконец — о её вкладе в раскрутку и продвижение самой перонистской идеи. Будем откровенны: не будь у Хуана Эвы — и он остался бы в народной памяти как народолюбивый, но противоречивый и хитрый политик-националист, которому часто не везло, постоянно заносило в крайности и который к тому же с завидным постоянством переигрывал сам себя, запутываясь в собственной популистской идеологии. Обратившись к рабочей и женской повестке, став воплощением социальной политики и связанной с ней высококлассной пропаганды, временами переходившей в искусство, написав множество текстов, включая знаменитый Por que soy peronista («Почему я перонистка»), в конце концов став «лицом перонизма», Эва вписала имя своего супруга в список отцов нации, а сама стала её духовной матерью.

Я хочу сделать лёгкую заметку, скорее передающую атмосферу того времени и той политической идеи, воплощением которой стала Эва, нежели длинный текст с подробным рассказом об эпохе. Поэтому в сегодняшней статье будет много картинок и два коротких очерка.

  1. Популизм и нуарное обаяние, как залог перонистского успеха

Хуан и Эва Перон, несомненно, были одной из самых стильных политических пар своего времени. Жгучий, нуарный пероновский Стиль стал одной из визитных карточек аргентинской (и латиноамериканской) политики. Он сочетал в себе бешеный, противоречивый, напористый латиноамериканский харизматический каудильо-аттитюд, эстетически приятный и благородный про-рабочий эгалитаризм, бесстыдный, захватывающий, магнетический популизм и военный аристократизм. Наивный политический идеализм Перона в одних вопросах компенсировался хитростью, прагматизмом и даже коварством в других. Сложное сочетание европейских и аргентинских философских и политических трендов, корпоративизма, третьемиризма и антиколониального национализма, при этом не отвергающего европейского опыта, обусловило идеям Перона невероятную живучесть, приспосабливаемость и способность подолгу существовать в запрещённом, подпольном виде. В то же время культ Эвы и вообще работающей, социально и политически активной женщины, создал условия для специфически аргентинской формы эмансипации женщин.

Не последнюю роль в имиджевом успехе хустисиализма сыграл внешний вид пары Хуан-Эва. Они были стильными и красивыми людьми. На большинстве фотографий, даже будучи явно очень уставшими, Пероны выглядят не то как персонажи качественного нуар муви из 40-х, не то как Капитан Америка и его девушка в 40-е.

Ещё одна причина популярности перонизма тоже связана со стилем. Партия и государство вели постоянный диалог власти с обществом и объясняли те или иные процессы и события через систему СМИ, уличных слухов-граффити-партийных оповещений и, что очень важно, визуальную пропаганду в духе хустисиалистской идеологии.

Перонизм крепко удержался в Аргентине благодаря тому, что власть — правильными, или нет, были её поступки и идеи, — постоянно фиксировала происходящее в лозунгах, схемах, картинках и другом пропагандистском материале достаточно высокого качества. Создавая систему пропаганды, перонисты, сами того не понимая, создали живучий и устойчивый альтернативный политический и исторический нарратив, повествующий об истории Аргентины с националистической точки зрения, который до сих пор успешно сопротивляется вообще всем без разбора универсалистским идеологиям (классовая теория, евроамериканский прогрессизм, «неолиберализм».)

Плакат критикует внешнеторговую монопольную схему, из-за которой аргентинские товары продавались одному крупному партнёру по неконкурентным ценам.

На следующей иллюстрации изображена реклама IAPI (Instituto Argentino de Promoción del Intercambio) — государственного органа, призванного планировать, контролировать и максимизировать прибыли от внешней торговли, помогать аргентинской продукции завоёвывать новые рынки и укреплять взаимоотношения с существующими внешнеполитическими партнёрами, и минимизировать издержки аргентинских фермеров и промышленников. Сама идея такого органа была не нова, его прототип основали до Перона, ещё в первой половине 30-х. Тогда он назывался Национальным советом по зерну. При Пероне случилось расширение полномочий, размеров, задач и влияния этого органа.

Разъяснение функций IAPI: он призван защищать производителя и страну при помощи завоевания новых рынков:

Подобные визуальные материалы хустисиалисты производили непрерывно, создавая эффект постоянного присутствия заботливого государства, состоящего учителем при молодой нации (не следует забывать, что перонизм это идеология третьего пути, а значит, направляющая роль умеренно патерналистского государства, возглавляемого национал-популистским лидером, была чем-то самим собой разумеющимся.)


2. Народное творчество и… культурный культ личностей

Характерной чертой культа личностей обоих Перонов являлось большое количество стихов, написанных в их честь, и вообще патриотического «рабоче-перонистского литературного и визуального творчества».

Я не впервые встречаю обилие стихов, посвящённых выдающимся политическим деятелям или вождям нации. Однако замечу, что для одной из наиболее развитых стран Латинской Америки второй половины XX века, с богатейшими традициями политической сатиры и скептически-иронического недоверия официализму, столь большое количество патриотической поэзии, ориентированной на фигуру вождя и духовной матери нации, выглядит немного необычно.

Конечно, перонисты активно способствовали проникновению культуры в рабочие массы и поощряли рабочие радио-стенгазеты-печатную продукцию, которая часто заполнялась творческим продуктом самих рабочих. Рабочие и новая интеллигенция, в свою очередь, видели в Эвите и Хуане мощный источник вдохновения, поэтому и посвящали им своё творчество. Однако большое количество стихов и песен, посвящённых Перонам, это ещё и свидетельство того, что они вошли в аргентинский политический фольклор, стали «добрыми персонажами» национального Мифа — ещё при жизни.

Основные сюжеты и концепты «перонистской поэзии» — это великая, справедливая и процветающая Аргентина, социальная справедливость, независимость, хустисиализм, Перон, рабочий класс, единая нация — единая страна, нетерпимость к тирании:

Нет терпимости к террору, и к тиранам,
перонизм — это справедливость, защищающая человечность,
Он не поощряет разрушение — это удел злодеев.
Он способствует строительству детских больниц.

Вкупе с повсеместным изображением вождя нации, постоянными фотосессиями четы Перонов, культом Argentinidad и национальной культуры, а также революционно-перонистскими граффити и рекламными-арт-инсталляциями (в 70-е) это реально создавало эффект всенародной любви.

Эва Перон и Франсиско Ломуто, аргентинский композитор, музыкант и культурный деятель

Kitty Sanders, 2018