Заметка о цензуре и искусстве в стронистском Парагвае

Левая критика правых военных режимов стран Латинской Америки обычно сводится к трем пунктам: массовые убийства, нарушения гражданских и политических свобод, передача власти над страной и ее «народным достоянием» иностранным корпорациям и местным состоятельным владельцам.
Проект kittysanders.com периодически развенчивает подобные мифы, прочно укоренившиеся в массовом сознании благодаря усилиям советской и западной левацкой пропаганды, которая очень любит подтасовывать факты и совсем не умеет говорить о явлениях прямо и открыто. В частности, мы уже разбирали вопрос «мракобесной и антиинтеллектуальной династии Сомоса, развалившей экономику и промышленность страны», попутно выяснив, что в «погибавшей» Никарагуа была чрезвычайно развитая промышленность, мощные торговые сети, неплохая банковская система, а также Конституция, освобождавшая импортеров и торговцев книгами и журналами от налогов, дабы никарагуанский народ мог больше читать по доступным ценам.

Несколько замечаний о сомосизме

Таким же образом мы рассматривали причины жизнеспособности Венесуэлы, которая смогла пережить диктатуру сумасшедшего Чавеса и сейчас умудряется существовать под властью не менее безумного Мадуро.

Перес Хименес против Чавеса: причины «успехов боливарианской революции»

Мы в подробностях останавливались на чилийском вопросе, разбирая завалы социалистической и антизападной лжи про «запрет политических партий в пиночетовской Чили»; ликвидацию хунтой национального кинематографа; антисемитизме и симпатиях Пиночета к Гитлеру.

Пиночет и чилийская еврейская диаспора

О чилийском кино замолвлю я слово

Партийное строительство в Чили времен «весны Харпы»

Сегодня хотелось бы затронуть такую страну, как Парагвай. Она одна из наиболее «таинственных» и слабо освещенных в СМИ; а долгое правление президента Альфредо Стресснера окутано весьма зловещими слухами о концлагерях, жесточайшей цензуре, запрещавшей любые негативные отзывы о правительстве; массовых убийствах, национализме и ксенофобии всех видов, которой страдал Стресснер и окружавшие его люди. Я уже публиковала небольшую заметку «Альфредо Стресснер и Анте Гармас», которая дает определенные поводы утверждать, что мракобесность Стресснера слегка преувеличена. Учитывая тот факт, что при нем Парагвай вышел из «дипломатической комы», стал одним из мировых центров антикоммунистического движения, активно участвовал в развитии и усилении союзников на континенте, а также то, что Стресснер был открыт к дореволюционной русской культуре, европейским традициям, особенностям соседних стран и культуре парагвайских нативов — говорить о его болезненном национализме тоже несколько недальновидно. Болезненным националистом был, скажем, Перон, чья супруга всерьез занималась наци-оккультизмом и едва ли не консультировалась с духом Адольфа Гитлера. Стресснер был патриотом Парагвая — не больше и не меньше.

Критики утверждают, что парагвайская цензура была одной из самых страшных на континенте. Искусство, говорят они, было заключено в узкие рамки, выйти за которые было невозможно. Малейшая критика президента или партии Колорадо очень строго наказывалась. Что ж, я не могу спорить с этими обвинениями с пылом очевидца. Я не жила в стронистском Парагвае, и я тем более не писала карикатур на Стресснера, чтобы проверить верность теорий коллег из левого лагеря. Я могу лишь опираться на доступные факты. Вот что они говорят.

1. Стресснер практически целиком снял с государственного содержания искусство. Ранее оно финансировалось государством — выставки, поездки творческой интеллигенции за рубеж на коференции и показы оплачивались из казны. Стресснер это прекратил. Искусство ответило волной жалоб, называя его действия геноцидом культуры. Многие деятели искусства уехали за рубеж, поскольку при Стресснере им стало попросту не на что жить — люди не хотели ходить на их выставки и перфомансы, а государство отказывалось покрывать даже расходы на жизнь.

2. За всю историю правления Стресснера не было зафиксировано ни одного случая закрытия или разгрома художественной выставки. Сами художники, особенно левого толка, характеризовали режим как «невежественный и игнорирующий культуру». Критики режима неоднократно говорили о «самоцензуре», или «цензуре страха», существовавшей в Парагвае. Кратко ее суть можно передать словами: художники боялись, потому что в Парагвае была диктатура, которой могло прийти в голову все, что угодно.

3. «Цензура страха», однако, не мешала творить критиковавшим режим художникам вроде Ольги Блиндер, Эдит Хименес, а также скандальному художнику Рикардо Мильориси, автору множества неоднозначных работ, посвященных эротизму и далеких от консервативного дискурса. Ни эти трое художников, ни кто-либо другой из критиков режима от искусства не подвергались репрессиям. По отношению к оппозиционному искусству Стресснер был безразличен. Ниже приведены несколько картин, направленных на критику стронистского режима, чтобы читатель сам смог сделать выводы о парагвайской цензуре. Разумеется, я не хочу сказать, что в Парагвае ее не было. Цензура существовала, и она была направлена в первую очередь против марксистов и других коммунистических деятелей. И она действительно была весьма жесткой. Однако искусство, кажется, не подвергалось сколько-нибудь серьезным репрессиям, если не считать таковыми лишение финансирования и популяризацию поп-культуры, которую люди потребляли более охотно. Также в массовой парагвайской культуре имела место эксплуатация образа Стресснера «каудильистского» толка, но это не имеет отношения к репрессиям против деятелей искусства.

Полагаю, ситуация с искусством в Парагвае обстояла примерно так же, как в пиночетовской Чили с кинематографом. Те, кто не смог удовлетворить спрос аудитории, на протяжении многих лет рассказывали о том, что в Чили нет кино, оно умерло вместе с Альенде и отъездом из страны режиссеров-коммунистов. В те годы подобные рассказы действовали — информацию о Чили достать было сложно, Интернета не существовало. Однако сегодня каждый может прочитать список фильмов, снятый при режиме Правительственной хунты и сделать выводы. Искренне надеюсь, что проблема цензуры в искусстве стронистского Парагвая когда-нибудь будет детально и честно рассмотрена и оценена.

paraguay

2

3

4

6

8

9

10

11

12

13

Kitty Sanders, 2014

%d такие блоггеры, как: